Угрюмые переглянулись. Они были похожи, только у одного правая бровь разделялас



Угрюмые переглянулись. Они были похожи, только у одного правая бровь разделялась надвое белым рубцом и на щеке багровел длинный шрам, а глаз между ними почти не открывался.
Приподнятые брови опали, будто в домиках подпилили стропила.
– Да что я – волчара позорный, дьявол зачуханный? – обиделся Катала. – Не врубаюсь, с кем финтами шпилить?
– Ладно. Я сказал, ты слышал. Ероха!
У невидимой границы тут же появился толстый мужик в черных сатиновых трусах до колена. Вид у него был обреченный, мокрая грудь тяжело вздымалась.
– Жарко? – вроде как сочувственно спросил Калик.
– Дышать… нечем… – с трудом проговорил тот, глядя в пол.
– Ты свой костюм спортивный Катале-то отдай. Куда он тебе в такую жару?
– Зачем зайцу жилетка, он ее о кусты порвет! – хохотнул Катала. – Не бзди, Ероха, до зимы снова шерстью обрастешь…



 
 

<<...